Роман «Хождение по мукам». Книга первая «Сёстры» (отрывок)
<…> Александр Николаевич Островский
За чем пойдешь, то и найдешь (Женитьба Бальзаминова)
Действующие лица: Павла Петровна Бальзаминова, вдова. Михайло Дмитрич Бальзаминов, сын ее. Акулина Гавриловна Красавина, сваха. Матрена, кухарка. Лукьян Лукьяныч Чебаков, офицер в отставке. Очень приличный господин средних лет, с усами, лысоват; сертук застегнут на все пуговицы. Выражение лица насмешливо.
Бедная комната у Бальзаминовых.
Картина третья Явление восьмое
Бальзаминова и Бальзаминов.
Бальзаминова. Что ты так скоро? Бальзаминов ( садится ). Кончено, маменька! Таким дураком меня поставили, что легче бы, кажется, сквозь землю провалиться. Бальзаминова. Да каким же это манером? Расскажи ты мне. Бальзаминов. Очень просто. Приходим мы с Лукьян Лукьянычем к ихнему саду, гляжу - уж и коляска тут стоит. Только Лукьян Лукьяныч и говорит мне: «Ну, господин Б а л ь з а м и н о в, теперь наше дело к концу подходит».- Так у меня мурашки по сердцу и пошли.- «Давайте, говорит, теперь за работу, забор разбирать». Так я, маменька, старался, даже вспотел. Вот мы три доски сняли, а те уж тут дожидаются. Вот он старшую, Анфису, берет за руку: «Садитесь, говорит, в коляску». Потом, маменька, начинают все целоваться: то сестры промежду себя поцелуются, то он и ту поцелует, и другую. Что мне тут делать, маменька, сами посудите? Как будто мне и неловко, и точно как завидно, и словно что за сердце сосет... уж я не знаю, как вам сказать. Я сейчас в ревность. Бальзаминова. Ты это нарочно? Бальзаминов. Само собой, что нарочно. Надо же себя поддержать против них. Я, маменька, хотел показать Раисе-то, что я в нее влюблен. Я и говорю Лукьян Лукьянычу: «Какое вы имеете право целовать Раису Панфиловну?» Они как захохочут все. Я, маменька, не обращаю на это внимания и говорю Раисе Панфиловне: «Когда же, говорю, мы с вами бежать будем?» А она, маменька, вообразите, говорит мне: «С чего вы это выдумали?» А сама целуется с сестрой и плачет. Потом Лукьян Лукьяныч сели в коляску с Анфисой и уехали. А Раиса, маменька, прямехонько мне так и отпечатала: «Подите вы от меня прочь, вы мне надоели до смерти», да подобравши свой кринолин, бегом домой. Что ж мне делать? Я и воротился. Бальзаминова. Это оттого, Миша, что ты все от меня скрываешь, никогда со мной не посоветуешься. Расскажи ты мне, как у вас это дело было с самого начала. Бальзаминов. Порядок, маменька, обыкновенный. Узнал я, что в доме есть богатые невесты, и начал ходить мимо. Они смотрят да улыбаются, а я из себя влюбленного представляю. Только один раз мы встречаемся с Лукьян Лукьянычем ( я еще его не знал тогда ), он и говорит: «За кем вы здесь волочитесь?» Я говорю: «Я за старшей». А и сказал-то так, наобум. «Влюбитесь, говорит, в младшую, лучше будет». Что ж, маменька, разве мне не все равно? Бальзаминова. Разумеется! Бальзаминов. Я и влюбился в младшую. «Я, говорит, вам помогать буду, потом мы их вместе увезем». Я на него понадеялся, а вот что вышло! Вот, маменька, какое мое счастье-то! Бальзаминова, Как же ты, Миша, не подумал, куда ты увезешь невесту и на чем? Ведь для этого деньги нужны. Бальзаминов. Я, маменька, на Лукьян Лукьяныча надеялся. Бальзаминова. Очень ему нужно путаться в чужие дела! Всякий сам о себе хлопочет. Бальзаминов. А впрочем, маменька, коли правду сказать, я точно в тумане был; мне все казалось, что коли она меня полюбит и согласится бежать со мной, вдруг сама собой явится коляска; я ее привезу в дом к нам... Бальзаминова. На эту квартиру-то? Бальзаминов. Вы не поверите, маменька, как бывало начну думать, что увожу ее, так мне и представляется, что у нас дом свой, каменный, на Тверской. Бальзаминова. Жаль мне тебя, Миша! Совсем еще ты дитя глупое. Бальзаминов. Уж очень мне, маменька, разбогатеть-то хочется. Бальзаминова. Ничего-то ты в жизни не сделаешь! Бальзаминов. Отчего же, маменька? Бальзаминова. Оттого что не умеешь ты ни за какое дело взяться. Все у тебя выходит не так, как у людей. Бальзаминов. Нет, маменька, не оттого, что уменья нет, а оттого, что счастья нет мне ни в чем. Будь счастье, так все бы было,- и коляска, и деньги. И с другой невестой то же будет, вот посмотрите. Придет сваха, да такую весточку скажет, что на ногах не устоишь.
Красавина входит.
Да вот она! Вот она!
Бальзаминов и Бальзаминова встают.
<1861>