«Чёрное море»
Глава «Оцепенение полёта» (отрывок)
Я смотрел на бронзовые слитки гор. Они были покрыты плесенью осенних низкорослых лесов. Я думал о людях, чья жизнь была связана с этими берегами.
Чёрное море было верным другом Пушкина. «Как друга ропот заунывный, как зов его в прощальный час, твой грустный шум, твой шум призывный услышал я в последний раз».
Замкнутый и скупой на слова Мицкевич часами просиживал на этих берегах.
Марлинский сочинял рассказы в припадке малярии в Сухум-Кале. Гарибальди плава на тяжёлом грузовом пароходе между Одессой и Таганрогом.
Лермонтова чуть не убили около Тамани контрабандисты. Чёрному морю он был обязан лучшим рассказом.
Одиссей плыл на корабле «Арго» по этому гостеприимному морю к берегам Колхиды. Марко Поло прошёл по его северным берегам в глубь Азии, в царство Великого Могола.
Учёный Паллас застал здесь нетронутые генуэзские города. Молчаливый и застенчивый грек, лейтенант Манганари, снял великолепную карту берегов этого моря.
Матрос Матюшенко поднял восстание на броненосце «Потёмкин» и пересекал на нём эти воды. Здесь вырос и воспитался Шмидт. Лев Толстой в Севастополе написал первый в русской литературе правдивый рассказ о солдате. <…>
Я перебрал множество имён. Я понял, что этот густой синий дым подо мной, покрытый озёрами солнечного света, – Чёрное море, – оставил неизгладимый след в сознании многих людей, приучил их к горизонтам и смелым обобщениям, вызвал пытливость, научил видеть, действовать и побеждать.